0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Публичность и диспозитивность в уголовном судопроизводстве

Соотношение публичности и диспозитивности в Уголовно-процессуальном кодексе РФ

В данной работе речь пойдет о системе принципов, которая претерпела существенные изменения с момента вступления УПК РФ[1] в действие. С введением нового УПК РФ изменился подход к формированию системы принципов уголовного процесса. Так, сформулировались два принципиально различных способа конструирования системы принципов современного отечественного уголовного судопроизводства.

Один из них имеет субъективно-законодательный характер.

Такой подход последовательно применялся в уголовно-процессуальном законе Китайской Народной Республики, применялся в УПК Чехословацкой Советсткой Социалистической Республики. В отечественной законодательной практике он впервые появился в гл. 2 УПК РФ. В то же время в нем не раскрывается понятие принципа уголовного процесса, не определяются не только алгоритм, но и критерии, по которым отбирались те или иные положения, включенные затем в названную главу.

Другой способ конструирования системы принципов — доктринальный.

Иногда такую систему принципов отождествляют с понятием «принципы уголовного судопроизводства или уголовного процесса», потивопоставляя его понятию «принципы уголовно-процессуального права», имея ввиду в числе последних (и ограничиваясь ими) только формально-закрепленные в гл. 2 и отчасти в гл. 35 УПК РФ принципы.

Доктринальный подход, тем не менее, хоть и сформирован, как научная проблема, однако позволяет сконструировать наиболее объективную систему принципов, поскольку имеет отличительный от законодательного порядка механизм формирования.

Итак, имеющий прикладное, практическое значение законодательный способ конструирования системы принципов, не представляется полноценным, поскольку всё закрепить и обозначить в соответсвующем качестве (то есть в виде норм-принципов) в законе невозможно в связи в требованиями законодательной техники, в частности лаконичности. Кроме того, такой подход к формированию системы принципов довольно новый, он стал активно применяться в связи с новым УПК РФ, ранее господствовал подход доктринального формирования системы принципов уголовного процесса. Законодатель не готов был в 2001 году установить единовременно все базовые начала, на которых строилось и строится уголовное судопроизводство. Об этом, в частности, говорит недавнее введение новой нормы-принципа в ст. 8.1 УПК РФ[2] в главу 2 УПК РФ.

Следует отметить, что научный интерес к системе принципов уголовного судопроизводства не угасает. Отсутствует единство мнений, разные авторы по-разному понимают систему принципов уголовного судопроизводства. В частности, это наиболее ярко заметно в отношении таких принципов как публичность и диспозитивность.

Эти принципы напрямую в УПК РФ не закреплены. Однако некоторые авторы считают, что принцип публичности выражен в ст. 21 УПК РФ об обязанности осуществления уголовного преследования. К такому выводу приходит, в частности, коллектив авторов учебника «Уголовный процесс» под ред. А. И. Бастрыкина и А. А. Усачева. В частности, в учебнике отмечается, что «принцип публичности означает заинтересованность государства и общественности в борьбе с преступностью. В силу данного принципа, нашедшего отражение в ст. 21 УПК, уполномоченные государственные органы, по общему правилу, обязаны возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления, независимо от наличия заявления пострадавших, иных граждан и организаций, и принять меры к установлению события преступления и лиц, виновных в его совершении. Возбуждение уголовного дела, предварительное расследование, рассмотрение уголовного дела в суде, — особо отмечают авторы пособия, — осуществляются не только в интересах пострадавших от преступлений, но и в интересах всего общества»[3]. При этом принцип диспозитивности в укаазанном учебном пособии вообще не рассматривается.

Такой подход представляется довольно узким. Хотя, он имеет сторонников в науке (Ю. К. Якимович, Т. Д. Пан[4], Е. А. Артамонова[5]).

А. С. Александров в систему принципов включает наряду с публичностью и принцип диспозитивности[6].

Разумеется, каждый автор имеет право на собственный взгляд на любую из проблем уголовного процесса, однако заметим, что речь идет не просто о каких-то отдельных процессуальных институтах, а об основополагающих понятиях, определяющих, по большому счету, тип уголовного процесса.

Ну а прежде чем раскрывать содержание публичности и диспозитивности хочу отметить, что наиболее рациональным представляется рассмотрение этих явлений как элементов единого принципа «сочетания публичных и частных начал в уголовном судопроизводстве». Этот принцип в 2003 году исследовала профессор МГЮА А. П. Гуськова. Так, отмечала она, в ст. 6 УПК РФ заложен принцип сочетания публичных и частных начал, обеспечивающий возникновение и развитие уголовного судопроизводства по инициативе сторон, функционирование независимого и беспристрастного суда, создающего необходимые условия для осуществления сторонами их прав, не подменяя стороны в их процессуальной деятельности, обеспечивающего равноправие и состязательность сторон в доказывании[7].

Читать еще:  Распространение порнографии ук

Публичность в уголовном судопроизводстве тесно взаимосвязана с его диспозитивными началами. Сочетание основ публичности и диспозитивности в уголовном судопроизводстве позволяет потерпевшему и его представителям участвовать в уголовном преследовании по любым категориям дел, т.е. участвовать в процессуальной деятельности по установлению события преступления и изобличению лиц, виновных в совершении преступления, которым потерпевшему причинен ущерб.

Исходя из этого представляется, что необходим разумный подход в соотношении публичных и частных начал в уголовно-процессуальной деятельности, дисбаланс же может привести и к тому, что суд снова примет на себя функцию обвинения. Принцип публичности, долгое время считавшийся основополагающим в науке уголовного процесса, наделяющий государственные органы властными полномочиями, в том числе и по принятию решений о начале, движении и судьбе уголовного дела, сейчас, как думается, нельзя признать доминирующим. Радует тот факт, что на такой позиции стоит достаточно много авторов. Так, А.А. Шамардин пишет: «…гипертрофированная публичность превращается в тотальное огосударствление процесса, подмену интересов гражданского общества интересами государства. В концентрированном виде эту концепцию публичности выражала ст. 2 УПК РСФСР…»[8].

Итак, формула публичности имеет следующую сущность. «Государственные органы, ведущие уголовный процесс, осуществляют свою деятельность по достижению цели уголовного процесса в силу возложенных на них государством обязанностей (ex officio). Позиции сторон учитываются, однако их голос, за исключением случаев прямо предусмотренных уголовно-процессуальным законом (возбуждения уголовного дела частного и частно-публичного обвинения, например), — совещательный, консультативный»[9].

Тенденции развития уголовно-процессуального законодательства сводятся к усилению роли диспозитивного начала. В частности, это проявляется в решении вопроса о возбуждении уголовного дела, в увеличении форм и субъектов досудебного производства и в перераспределении их распространенности[10], в появлении дел по уголовному иску и в некоторых других случаях.

Диспозитивность возможна только в состязательном уголовном процессе. Но сама по себе, в обособленном виде диспозитивность лишает смысла наличие властеотношений в уголовном процессе. Это заранее неверный подход ее абсолютизировать, поэтому диспозитивность обособленно не существует и не может существовать в силу публичного характера уголовного процесса и всей уголовно-правовой сферы в целом. А если она не может существовать самостоятельно, в этом случае мы говорим о соотношении публичности и диспозитивности в уголовном поцессе. И проблему ставим именно в таком ключе.

Ну и, наконец, нельзя не отметить иной подход на соотношение публичности и диспозитивности в уголовном судопроизводстве и ее место в системе. Так, авторский коллектив учебника «Уголовно-процессуальное право: актуальные проблемы теории и практики» под редакцией В. А. Лазаревой и А. А. Тарасова представляют проблему соотношения публичного и диспозитивного, носящей глобальный характер, касающийся практически любого частного исследования. «Соотношение публичного и диспозитивного начал в уголовном процессе, — пишут они, — это ключевая проблема уголовно-процессуальной науки. К определению этого соотношения сводятся практически все теоретические и практические проблемы реформирования системы уголовного судопроизводства в любой стране. [что] не позволяет рассматривать сочетание публичного и частного начал в уголовном процессе как отдельный его принцип. Скорее всего, это сочетание есть сердцевина всей системы принципов судопроизводства. Любой из принципов, образующих эту систему, в той или иной мере отражает соотношение (сочетание) частноправового и публично-правового элементов, а система принципов в целом — соотношение этих же элементов (начал) во всей системе уголовного судопроизводства данной страны. Так, например, принцип презумпции невиновности выражает баланс частного интереса лица, привлекаемого к уголовной ответственности и не понуждаемого в связи с этим доказывать свою невиновность, и публичного (общественного и государственного одновременно) интереса, состоящего в допустимости наказания только действительно виновных в совершении преступлений»[11].

На сей счет, мне кажется, сложно представить некий феномен, имеющий надпринципиальный характер и выходящий, по своей сути, за пределы теории права. Принцип отрасли на то и есть, чтобы пронизывать все правоотношения в определенной сфере, регулируемой отраслью права, и способствовать развитию и формированию таких правоотношений. Принцип должен иметь глобальное по отношению к праву значение. А внутри самой системы принципов каждый элемент этой системы — принцип — самостоятелен, самодостаточен, хотя и очень активно взаимодействует с остальными элементами системы — принципами. Поэтому вполне допустимо развитие явлений публичности и диспозитивности именно в рамках принципа «сочетания публичных и диспозитивных начал уголовного судопроизводства».

Читать еще:  Распространение порочащих сведений

Подводя итог по теме соотношения публичности и диспозитивности в Уголовно-процессуальном кодексе РФ следует отметить, что как принцип он не сформулирован в Кодексе, однако наука настоятельно рекомендует включить его в систему принципов уголовного судопроизводства и выделяет этот принцип в доктринальной модели системы принципов, поскольку он отражает существенные особенности состязательного уголовного процесса, к построению которого стремилось и стремится российское уголовное судопроизводство.

Не смотря на смешанный характер уголовного судопроизводства, имеющий место в современном уголовном процессе, диспозитивное начало “разбавляет” публичный характер процесса, считаясь с личностью и ее интересами в уголовном процессе. Кстати сказать, в Государтственной Думе РФ в третьем чтении находится Правительственный законопроект об усилении роли потерпевшего в условно-досрочном освобождении заключенного. Так, заключенный вынужден будет возместить “полностью или частично” вред от преступления. Кроме того, потерпевший получает возможность “следить за основными событиями в тюремной жизни своего обвидчика”[12] – о прибытии, освобождении осужденного, а также маршрут его следования. Об этом потерпевший по своему желанию может заявить ходатайство в суде.

Однако, следует отметить, что в указанном законопроекте проявился и регресс диспозитивности в части сокращения числа дел, подлежащих ведению суда присяжных. Так, подсудимый не сможет ходатайствовать о рассмотрении его дела с участием суда присяжных, если речь идет о квалифицированных изнасилованиях (ч. 4-5 ст. 131 УК РФ), квалифицированных действиях насильственного характера (ч. 4-5 ст. 132 УК РФ), а также о половом сношении с лицом, не достигшим 16-летнего возраста (ч. 6 ст. 134 УК РФ).

Таким образом, невозможно отделить диспозитивность от публичности, это два явления, тесно связанные одно с другим и объединенные общей идеей сочетания публичности и диспозитивности в уголовном процессе России.

[1] СЗ РФ, 24.12.2001, № 52 (ч. 1), ст. 4921.

[2] Введена Федеральным законом от 02.07.2013 № 166-ФЗ // СЗ РФ, 08.07.2013, № 27, ст. 3458.

Публичность и диспозитивность уголовного судопроизводства.

Соотношение общественных и личных интересов, отношение государства к личности выражаются в категориях публичности и диспозитивности.

Публичность – правовой принцип, в соответствии с которым должностные лица и органы государства обязаны действовать от его имени и в его интересах. В случаях коллизии интересов государства и личности отдается предпочтение первым.

Диспозитивность как принцип права, наоборот, предоставляет гражданам возможность по собственному усмотрению распоряжаться своим материальным или процессуальным правом, не прибегая к содействию государства. В условиях диспозитивности личный интерес гражданина оказывается более ценным, чем конкурирующий государственный интерес. Сильные публичные начала характерны для инквизиции и полицейского государства. Преобладание диспозитивности свойственно зрелому гражданскому обществу и демократическому государству. В одних отраслях права ведущим принципом является публичность, в других – диспозитивность.

Все уголовное право пронизано принципом публичности (государство в интересах общества определяет, какое поведение преступно и уголовно наказуемо). Преобладание публичности характерно и для уголовного процесса (деятельности государства по раскрытию преступлений, установлению виновных или реабилитации невиновных).

В сфере уголовного процесса элементы диспозитивности усматриваются в том, что уголовные дела частного обвинения возбуждаются только по жалобе потерпевшего и подлежат прекращению в случае примирения потерпевшего с обвиняемым до удаления суда в совещательную комнату. Уголовные дела частно–публичного обвинения возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего, но прекращению за примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат. Во всех этих случаях частный интерес потерпевшего признается более значимым, чем раскрытие преступления и наказание виновного.

Идея диспозитивности лежит в основе и таких процессуальных гарантий обвиняемого, как выбор между рассмотрением дела судом, которому оно подсудно, и вышестоящим судом; выбор между рассмотрением уголовного дела судом присяжных и коллегий из трех профессиональных судей; выбор между полным и сокращенным проведением судебного следствия в суде присяжных в зависимости от признания или отрицания вины подсудимым.

Состязательность сторон как принцип уголовного процесса.

УПК РФ Статья 15. Состязательность сторон

1. Уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон.

2. Функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и

Читать еще:  Материальный ущерб за клевету

не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо.

3. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне

обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

4. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Принцип презумпции невиновности в уголовном процессе.

УПК РФ Статья 14. Презумпция невиновности

1. Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

2. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

4. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Основные гарантии защиты конституционных прав и свобод личности в уголовном процессе.

Статья 11. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве

1. Суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав.

2. В случае согласия лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, дать показания дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны предупредить указанных лиц о том, что их показания могут использоваться в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

3. При наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные статьями 166 частью девятой, 186 частью второй, 193 частью восьмой, 241 пунктом 4 части второй и 278 частью пятой настоящего Кодекса, а также иные меры безопасности, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

4. Вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены настоящим Кодексом.

Уголовно-процессуальные функции, их понятие, общая характеристика.

Уголовно-процессуальные функции — это основные направления процессуальной деятельности, в которых выражается специальная роль и назначение участников судопроизводства.

объединяют различных участников судопроизводства в отдельные группы,

определяют содержание их правового статуса,

разграничивают в процессуальной деятельности противоречивые интересы и

направляют их на достижение общих целей и задач уголовного судопроизводства.

Виды уголовно-процессуальных функций:

1) Функция обвинения (уголовного преследования) — это деятельность, направленная на изобличение виновных в совершении преступления. Она включает в себя выдвижение обвинительного тезиса и его доказывание. Уголовное преследование может осуществляться в публичном, частно-публичном и частном порядке (ст. 20 УПК).

В делах публичного обвинения обвинителем является государственный орган: прокурор, следователь, дознаватель, который обязан возбудить уголовное дело и принять меры по изобличению преступника вне зависимости от просьбы потерпевшего.

В делах частного обвинения обвинителем является сам потерпевший, поэтому дело возбуждается по его заявлению и подлежит прекращению при его отказе от обвинения (примирении с обвиняемым).

Дела частно-публичного обвинения возбуждаются только по заявлению потерпевшего, но автоматическому прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат.

2) Функция защиты от обвинения — это выдвижение антитезиса (защитительного тезиса, который часто называют позицией защиты) и его обоснование.

3) Функция разрешения дела (правосудия или юстиции) — это выбор наиболее обоснованного из тезисов обвинения и защиты.

Если эти три основных процессуальных функции разделены (то есть выполняются различными участниками процесса), то такой процесс называется состязательным. Если эти три функции сосредотачиваются в руках одного государственного органа, ведущего производство, то такой процесс называется розыскным. В нем выполняется функция расследования (розыска), предполагающая полное выяснение истины со всех сторон и принятие решения по делу.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector
×
×