0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Обвинительный приговор изменен

Обвинительный приговор изменен, назначенное наказание осужденному смягчено.

суда надзорной инстанции

г. Белгород 22 ноября 2012 года

Президиум Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Шведова Н.И.

членов президиума Ряжских Р.И.

при секретаре Шумской Е.А.

рассмотрел надзорную жалобу осуждённого Б. В.А. на приговор Валуйского районного суда Белгородской области от 21 ноября 2011 года, которым Б.В.А., несудимый, осуждён к лишению свободы по:

— ст. 322 ч.1 УК РФ на 4 месяца,

— ст. 322 ч.1 УК РФ на 4 месяца,

— ст.188 ч.2 УК РФ с применением ст.64 УК РФ на 1 год,

— ст.228 ч.2 УК РФ с применением ст.64 УК РФ на 1 год,

с применением ст. 69 ч.3 УК РФ – к лишению свободы на 1 год 10 месяцев в исправительной колонии общего режима.

В кассационном порядке приговор не обжаловался.

Заслушав доклад судьи Белгородского областного суда Старковой С.А., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, доводы надзорной жалобы и основания вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступления осужденного Б. В.А. и его адвоката Сойко М.М., поддержавших надзорную жалобу; заместителя прокурора Белгородской области Данченко П.В., полагавшего приговор изменить, президиум

Приговором суда, постановленным в особом порядке, Б. признан виновным в двух незаконных (без действительных документов, вне установленного пункта пропуска) пересечениях Государственной границы РФ; контрабан­де, то есть перемещении через таможенную границу РФ помимо таможенного контроля наркотических средств, в отношении которых установлены специальные правила переме­щения через таможенную границу РФ, а также в незаконном хранении без цели сбыта нар­котических средств в особо крупном размере.

Преступления совершены 22 июля 2011 года при таких обстоятельствах.

Около 12 часов 40 минут Б. в нарушение установленных правил, без действительных документов на право выезда из РФ, вне установленного пунк­та пропуска, следуя пешком из с. Валуйского района в районе информационного знака № 258 незаконно пересёк со стороны России Государственную границу РФ и про­следовал в с. Великобурлукского района Харьковской области р. Украина.

Около 13 часов 10 минут Б. в нарушение установленных пра­вил, без действительных документов на право въезда в РФ, вне установленного пункта пропуска, следуя пешком из с. Великобурлукского района Харьковской области р. Украина и районе информационного знака № 258, незаконно пересёк со стороны Ук­раины Государственную границу РФ и проследовал в с. Валуйского района Белгородской области.

В районе с. в 50-ти метрах от государственной границы РФ Б. был задержан пограничным отрядом ПУ ФСБ России по Белгородской и Воронежской областям совместно с сотрудниками Валуйского МРО УФСКН РФ по Белгородской об­ласти.

Кроме того, Б., находясь в с. Великобурлукского района Харь­ковской области р. Украины, приобрёл у неустановленного лица за 1000 рублей наркотиче­ское средство – .

После этого Б., имея умысел незаконно переместить указанное наркоти­ческое средство через таможенную границу РФ, проследовал пешком из с. Ве­ликобурлукского района Харьковской области в с. Валуйского района Белгород­ской области. Следуя по данному маршруту, Б. В.А. около 13 часов 10 минут переместил через таможенную границу РФ указанное наркотическое средство.

Б. продолжил хранение наркотического средства – в особо крупном размере, после пересечения им таможенной границы РФ, которое впоследствии было изъято сотрудниками Валуйского МРО УФСКН по Белгородской области.

В надзорной жалобе осуждённый просит приговор изменить, снизить размер назначенного наказания. Указывает, что суд необоснованно не применил правила ст.64 УК РФ при назначении ему наказания за преступления, предусмотренные ст.322 ч.1 УК РФ; ст.188 ч.2 УК РФ утратила силу; с учётом новой редакции ст.15 ч.6 УК РФ просит изменить категорию преступления, предусмотренного ст.228 ч.2 УК РФ на менее тяжкую, а также учесть его раскаяние и признание вины в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений.

Президиум считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что с обвинением, предъявленным органами следствия, Б. согласился полностью, не оспаривая вину, объём и квалификацию содеянного, и заявил ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. Ходатайство было заявлено добровольно, после консультации с защитником, последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства ему были разъяснены и понятны.

Суд при принятии решения о рассмотрении дела без проведения судебного разбирательства в соответствии со ст.316 ч.7 УПК РФ, проверив материалы уголовного дела, правильно пришёл к выводу, что обвинение, с которым согласился Б., обоснованно, подтверждается собранными доказательствами, и постановил обвинительный приговор.

Действия осуждённого квалифицированы правильно.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Вместе с тем, федеральным законом № 420-ФЗ от 7 декабря 2011 года в ч.1 ст.56 УК РФ были внесены изменения, в соответствии с которыми наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 228 УК РФ, ч.1 ст. 231 УК РФ и ст. 233 УК РФ, или только если соответствующей статьёй Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания. Таким образом, учитывая, что Б. ранее не судим, отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено, а санкция ч.1 ст.322 УК РФ предусматривает несколько видов альтернативных наказаний, то лишение свободы за данные преступления ему назначено быть не может.

Из материалов дела следует, что обстоятельствами, смягчающим наказание, по всем преступлениям признаны раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступлений, молодой возраст виновного. Однако суд, признав имеющуюся совокупность смягчающих обстоятельств исключительной, правила ст.64 УК РФ применил только при назначении Б. наказания за преступления, предусмотренные ст.188 ч.2 УК РФ и ст.228 ч.2 УК РФ.

При таких данных, президиум считает необходимым смягчить назначенное Б. наказание.

Остальные доводы надзорной жалобы удовлетворению не подлежат.

С учётом фактических обстоятельств совершённых преступлений и степени их общественной опасности, оснований для изменения категории преступления, предусмотренного ст.228 ч.2 УК РФ, на менее тяжкую, как о том просит в надзорной жалобе Б., не имеется.

Исключение из Уголовного кодекса РФ ст.188 декриминализации контрабанды наркотических средств за собой не влечёт, ответственность за данное преступление в настоящее время предусмотрена ст.229.1 УК РФ.

Раскаяние в содеянном и активное способствование раскрытию преступлений, на которые ссылается в жалобе осуждённый, были признаны судом смягчающими обстоятельствами и учтены при назначении ему наказания Полное признание вины и согласие с предъявленным обвинением явилось основанием для применения особого порядка судебного производства и назначения наказания с соблюдением требований ст.316 ч.7 УПК РФ, ограничивающей максимальный размер наиболее строгого вида наказания.

Руководствуясь ст.ст.407, 408 УПК РФ, президиум

Приговор Валуйского районного суда Белгородской области от 21ноября 2011 года в отношении Б.В.А.изменить, назначить Б. В.А. наказание с применением ст.64 УК РФ:

— по ст. 322 ч.1 УК РФ в виде ограничения свободы на 4 месяца, установив следующие ограничения:

— не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования,

— не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы,

— являться один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации;

— по ст. 322 ч.1 УК РФ в виде ограничения свободы на 4 месяца, установив следующие ограничения:

— не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования,

— не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы,

— являться один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

В соответствии со ст.69 ч.3 УК РФ, ст.71 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.322 ч.1 УК РФ, ст.322 ч.1 УК РФ, ст.188 ч.1 УК РФ, ст.228 ч.2 УК РФ, окончательно назначить Б. наказание в виде лишения свободы на 1 год 7 месяцев в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Надзорную жалобу осужденного удовлетворить частично.

Обжалование обвинительного приговора. На что обратить внимание?

Когда суд первой инстанции оглашает приговор, в 99,5% случаев указывающий на виновность подсудимого (согласно данным Судебного департамента при Верховном суде), начинается так называемый апелляционный период. Это значит, приговор уже есть, но считается не вступившим в законную силу. Хотя если обвиняемому была избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы, а приговор дает ему реальный срок, то под стражу осужденный (а статус “подсудимый” меняется на “осужденный” после оглашения приговора) берется прямо в зале суда и уезжает в СИЗО.

Читать еще:  Кто такой общественный защитник

Апелляционный период длится десять дней. В это время стороны защиты и обвинения имеют право обжаловать приговор в вышестоящем суде. Если этого не происходит, то по истечении данного срока приговор вступает в законную силу.

Странная вещь, но многие осужденные считают, что если обжаловать вердикт, то в судебных инстанциях могут разозлиться и дать к отсидке еще больше. Конечно, это в корне неверно. Согласно ст. 389.24 Уголовно-процессуального кодекса (УПК), обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону, ухудшающую положение осужденного, не иначе как по представлению прокурора либо по жалобе потерпевшего. А наличие апелляционной жалобы только со стороны осужденного исключает возможность увеличения срока.

На что осужденный может жаловаться? Первое — на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.16 УПК). На игнорирование судом первой инстанции фактов, на которые указывала сторона защиты, показаний свидетелей, приглашенных защитником, и так далее. Об этом мы неоднократно говорили в предыдущих публикациях.

Второе — на несправедливость приговора ввиду его чрезмерной суровости (ст. 389.18 УПК). То есть когда осужденный в целом не оспаривает фактическую сторону дела, но считает, что с ним обошлись слишком уж строго. “Пятерочку” он бы отсидел, но вот “десятка” — это явный перебор. Годик-другой по такой жалобе могут скинуть. Кстати, на основании той же статьи требовать пересмотра наказания вправе и прокурор, но — ввиду чрезмерной мягкости приговора.

Третье — можно оспаривать существенные нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона (ст. 389.17 и 389.18 УПК). Все это логично назвать процедурными нарушениями. Например, подсудимому не дали последнего слова. Фактически оно ни на что не влияет. Последнее слово — не более чем эмоции, и многие от него отказываются. Но, согласно УПК, оно — непременный элемент, и без него никак.

Есть еще четвертый, не описанный в кодексах, но весьма любимый многими осужденными аргумент. Название документа — “жалоба” — они воспринимают буквально и начинают жаловаться: на наличие малолетних детей, престарелых родителей-инвалидов, на необходимость содержать семью и тому подобное, считая, что по этим причинам их должны отпустить домой. Путь, по мнению автора этих строк, тупиковый. Юридического значения эмоции не имеют, а разжалобить вершащего правосудие… У кого как, а у меня давно сложилось впечатление, что судьи работают будто станки по вынесению приговоров, и все человеческое, способное к состраданию, в них если когда-то и было, то давно атрофировалось как граничащее с профнепригодностью. И давить на жалость бессмысленно, да и некрасиво.

А вот развернуть дело вспять, зацепившись за нарушение судьей первой инстанции исключительно процедурных моментов, — здесь куда больше шансов на успех.

Приведу два примера судебных процессов в отношении профсоюзных лидеров в нашей необъятной стране.

ПРИМЕР ПЕРВЫЙ

Следствие и суд шли долго. Обвинение было серьезным, а срок, выданный к отсидке, солидным. Апелляционные жалобы профлидера и его защитника расписывали многочисленные несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам. Но кроме этого, перелистывая в очередной раз многотомное дело при подготовке к апелляционному заседанию, опытный защитник обнаружил не бросавшийся до того в глаза документ.

Дело в том, что на первом заседании суда, когда заслушивалось обвинение и выполнялись прочие формальности, работавший с подсудимым адвокат был занят в другом процессе и явиться не смог. И суд назначил защитника из числа, по сути, первых попавшихся. Этот один день работы адвоката полагалось оплатить. Судья в тот же день вынес постановление, в котором было сказано, что “в судебном заседании суда первой инстанции в качестве защитника осужденного профлидера по назначению участвовала адвокат такая-то”.

Рассмотрение дела судом только начиналось. Профлидер находился в статусе подсудимого, и до признания его виновности было еще очень далеко. А судья уже назвал его осужденным. То есть высказал свое мнение относительно судьбы обвиняемого до вынесения приговора.

Статья 61 УПК говорит, что судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, когда обстоятельства позволяют полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела. Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным судом РФ в определении от 01.11.2007 № 799-О-О, “высказанная судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения”.

И поскольку указанная выше позиция судьи первой инстанции по существу предрешила исход разбирательства, тот судья не вправе был рассматривать дело по обвинению профлидера. Несмотря на это, спустя почти год под председательством того же судьи в отношении профлидера был вынесен обвинительный приговор.

На эти процедурные нарушения адвокат указал в дополнение к своей апелляционной жалобе и ходатайствовал об отмене приговора. Суд второй инстанции нашел доводы защитника о нарушении уголовно-процессуального закона при постановлении обвинительного приговора обоснованными, а рассмотрение дела судьей, заранее высказавшим мнение о виновности подсудимого, — существенным нарушением права профлидера на защиту.

Учитывая, что допущенные в суде первой инстанции нарушения закона затрагивали основополагающие принципы уголовного судопроизводства, их устранение оказалось невозможно в суде апелляционной инстанции. Обвинительный приговор подлежал отмене с направлением уголовного дела на новое разбирательство в тот же суд, но в ином составе.

Всем было понятно, что в материалы уголовного дела вкралась самая обычная описка. Даже не судейская, а секретарская. Но! Процедура была нарушена, а подобное карается вышестоящим судом строго.

ПРИМЕР ВТОРОЙ

В ходе другого судебного процесса другому профлидеру помимо основного наказания в виде реального лишения свободы назначили штраф в сумме 8 млн рублей.

Согласно п. 4 ст. 307 УПК суд в обвинительном приговоре должен указать “мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия”.

Говоря о сроке, суд первой инстанции указал, что “с учетом всех материалов дела, характеристики личности подсудимого, тяжести совершенного им преступления, суд считает возможным достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений только при назначении наказания в виде лишения свободы”. Таким образом, мотивы назначения реального срока были понятны. Не будем рассуждать о справедливости, исправлении, предупреждении новых преступлений — это материал для другой публикации.

А вот в отношении штрафа было сказано лишь: “…суд, с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного и его семьи применяет дополнительное наказание в виде штрафа”. То есть следовала лишь констатация факта без указания мотивов. Интересно, как суд высчитывал имущественное положение…

На отсутствие мотивировки со стороны суда первой инстанции и — следовательно — на неправомерность штрафа защита указала в апелляционной жалобе. Стоит отметить, помимо этого в жалобе указывалось на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела по многим пунктам.

Апелляционной суд, проигнорировав все доводы о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела (и оставив срок отбывания наказания прежним), пошел навстречу осужденному именно в вопросе штрафа. Суд постановил, что решение о необходимости назначения в качестве дополнительного наказания в виде штрафа “в нарушение требований п. 4 ст. 307 УПК не мотивировано и подлежит исключению”.

Таким образом, профлидер поехал отбывать срок на зону, но от выплаты 8 млн рублей был освобожден.

Эти примеры в некоторой мере иллюстрируют работу судов апелляционной инстанции. Можно сделать выводы о том, что к основным доводам защиты они так же глухи, как и суды первых инстанций. Но нарушения процессуальные со стороны нижестоящих судов караются жестко — отменой отдельных видов наказания или даже целых приговоров. Это лишний раз подтверждает, что формально судебный процесс выстроен в РФ на “отлично”. Грубых нарушений УПК вы не найдете. Внешне придраться не к чему. Но к аргументам защиты по сути обвинения ни одна судебная инстанция прислушиваться не будет.

Судебный процесс, как правило, превращается в торжество гособвинения. Суд соглашается почти со всеми доводами последнего и игнорирует все доводы защиты. И не имеет особого значения, что именно говорит подсудимый и его защитник, — скорее всего, судом это будет отброшено без объяснений.

Сегодняшним сюжетом мы заканчиваем серию публикаций, основной темой которых было разбирательство в судах первой и апелляционной инстанций, а также типичные ситуации, в которые все чаще попадают профлидеры. Все материалы основывались на реальных событиях и конкретных уголовных делах.

Читать еще:  Недопустимые доказательства в уголовном процессе судебная практика

Следующей публикацией мы начнем серию сюжетов, касающихся досудебного уголовного преследования профактивистов (в том числе — задержания, суда по мере пресечения, предъявления обвинения). И постараемся дать несколько практических советов относительно того, какую тактику применять в ходе допроса, как общаться с соседями по камере и так далее. Особое внимание следует уделить такому знаковому персонажу, как адвокат, и его роли в досудебном и судебном процессе.

Ведь от тюрьмы, как говорит народная мудрость, зарекаться не следует.

3 основных части обвинительного приговора

Согласно УПК приговор – это письменная резолюция суда по уголовному процессу, где отражается суть принятого решение по рассмотренным материалам дела. Приговор бывает нескольких видов. В зависимости от выводов суда выносится разное решение. На мнение о виновности лица влияет доказательная база, которую предоставляют стороны процесса.

Приговор, его структура и содержание

Уголовный кодекс под приговором подразумевает письменное решение, которое отражает мнение о виновности лица получившего статус обвиняемого в совершении преступления.

Судопроизводство требует, чтобы в содержание приговора указывалось не только решение судьи, но и суть рассматриваемого уголовного дела, приведённые сторонами доказательства, основные моменты допроса участников дела, выводы к которым пришёл суд или присяжный заседатель, в том числе законодательные нормы, на которые ссылает субъект процесса.

Помимо этого, в такой важный документ входит само решение суда, сущность которого заключена в двух аспектах: виновен или невиновен. Если речь идёт о том, что обвиняемого признают виновным, то сразу в решении указывается назначенное наказание. Обязательно в документе должны присутствовать ссылки на нормативные положения, отражающие права сторон на обжалование принятого судьёй решения. Противоречие, которое было выявлено в ходе рассмотрения дела в обязательном порядке должно учитываться при рассмотрении материалов и указываться, в процессуальном документе. Его трактовка по действующим нормам УПК происходит в пользу обвиняемого.

Вынесение приговора — фактическое завершение уголовного процесса. Именно поэтому в нём должна содержаться вся информация: привлекаемое лицо, совершённое деяние, доказательная база, представленная судье, факты и доказательства, на которых основывались другие участники процесса, а также нормы закона, на которые ссылается суд.

Публикация действующего документа в СМИ или интернете строго запрещена. Даже если приговор предоставляется как информационный материал, он не должен иметь ничего общего с реально существующими делами, в нем не должно содержаться информации о реальных лицах или участниках судебного процесса.

В уголовном процессе существует и другая разновидность документов, отражающих решение судьи: определения и постановления. По своей важности они на несколько рядов ниже, чем приговор, но также активно применяются в судопроизводстве.

Отмена действующего приговора допускается только в рамках обжалования в апелляционную инстанцию согласно ст. 384 УПК РФ. Для принятия такой жалобы следует её предъявлять своевременно – 10 дней со момента оглашения приговора.

Особенное значение имеет обжалование приговоров, которые уже вступили в свою законную силу. Контрольный или надзорный орган имеют право на подачу такой жалобы, даже если стандартный 10-дневный срок уже пропущен. Рассматривать такое обжалование будет уже кассационный суд.

Обжалование или пересмотр уже прошедшего через стадию судопроизводства дела допускается не всегда, а только в ряде чётко ограниченных УПК РФ случаев. Здесь, чьё-то предположение не станет основанием для принятия рассмотренного материала на пересмотр, такое допускается только в случаях, когда есть очень веские основания и неоспоримые факты. Принятие кассационной инстанцией документов для пересмотра может означать, что на 80% приговор будет или отменён или изменён.

Виды приговоров

Вынесенный приговор может либо освободить лицо от наказания, признав его не виновным, либо назначить ему наказание, путём признания его виновным в совершённом преступлении.

Судья обязан провозгласить приговор в присутствии основных участников процесса: государственный обвинитель, защитник, потерпевший и обвиняемый.

Провозглашать содержание документа – значит зачитать его полностью, несмотря на объём текста. Судья должен обязательно разъяснить сторонам порядок подачи обжалования на принятое им решение, даже если в первый момент возражений у участников нет.

Провозглашение приговора это обязанность суда независимо от того, в какой форме проходило заседание: открытое или закрытое (виды обвинительного судебного приговора). При открытом процессе в зал суда допускаются все желающие, заслушать итоговое решение. При закрытом — строго только участники дела.

Требования, предъявляемые к приговору

Форма данного процессуального документа должна быть утверждена государством.

Приговор должен содержать в себе:

  1. Государственный герб.
  2. Все актуальные сведения о подсудимом, включая его образование, семейное положение и наличие несовершеннолетних детей.
  3. Полную информацию о судебной структуре, в стенах которой проходило рассмотрение уголовного дела.
  4. Полные данные о судье, составе суда и участниках процесса.
  5. Краткое содержание доказательной базы по уголовному делу, на которой основывали свои позиции участники процесса.
  6. Краткое изложение выводов, к которым пришёл судья, изучив материалы дела и заслушав участников.
  7. Нормативно-правовую базу, на которой основывались стороны и сам суд, принимая решение по делу.
  8. Полный перечень наказания, которое было назначено обвиняемому.
  9. Полный перечень процессуальных мер, которые необходимо совершить в отношении обвиняемого. Если его признали невиновным: снять обвинения, освободить из-под стражи, прекратить уголовное преследование и т. д.
  10. Информация о сроках и порядке обжалования вынесенного приговора.
  11. Ф. И. О. и подпись судьи рассматривавшего материалы дела и вынесшего решение.

Соблюдение перечисленных требований гарантирует, что вынесенный приговор является законным и обязательным к исполнению, после его вступления в силу.

Ошибки в приговоре

Говоря о выявленных ошибках в приговоре суда, подразумеваются технические ошибки-опечатки. По сути, внесение технических изменений в процессуальный документ не должно быть сложным.

Однако, приговор – это особенный вид документа, внесение изменений в который должно проходить по установленному порядку. Если кто-то из участников процесса выявил в документе ошибку или опечатку, необходимо обратиться с письменным заявлением на имя судьи о необходимости внесения изменений в текст документа.

После чего, судья проверяет существующие обстоятельства, сверяет текст приговора с имеющимися документами и только после этого выносит определение о внесении изменений. При этом в самом уголовном деле, которое продолжает храниться в архиве суда, будут присутствовать оба текста приговора.

Вынесенное определение рассылается всем участникам дела, так же как и изменённый впоследствии, текст приговора.

Порядок внесения поправок, устранение ошибок в тексте процессуального документа:

  • выявление ошибки, опечатки или неверного написания;
  • подача заявления о необходимости внесения изменений или поправок, в текст процессуального документа;
  • вынесение судьёй определения о внесении таких изменений;
  • вынесение изменённого приговора;
  • рассылка нового текста документа всем участникам процесса.

На практике если требуется внести изменения в уже оглашенный текст приговора, и определение и новый текст документа выпускаются судьёй в один и тот же день и участникам уголовного дела направляются два документа вместе.

Окончить делопроизводство по рассмотренному уголовному делу секретарь суда может только тогда, когда у него имеются документы от исполняющего органа о том, что приговор принят к исполнению.

В случае с оправдательным документом, закрыть судопроизводство можно только после получения официального подтверждения о том, что все участники процесса получили свои копии и не подали жалобу в установленный срок.

Особенное свойство уголовного процесса в том, что здесь каждый даже малозначимый документ имеет чётко разработанную форму.

Обжалование обвинительного приговора. На что обратить внимание?

Когда суд первой инстанции оглашает приговор, в 99,5% случаев указывающий на виновность подсудимого (согласно данным Судебного департамента при Верховном суде), начинается так называемый апелляционный период. Это значит, приговор уже есть, но считается не вступившим в законную силу. Хотя если обвиняемому была избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы, а приговор дает ему реальный срок, то под стражу осужденный (а статус “подсудимый” меняется на “осужденный” после оглашения приговора) берется прямо в зале суда и уезжает в СИЗО.

Апелляционный период длится десять дней. В это время стороны защиты и обвинения имеют право обжаловать приговор в вышестоящем суде. Если этого не происходит, то по истечении данного срока приговор вступает в законную силу.

Странная вещь, но многие осужденные считают, что если обжаловать вердикт, то в судебных инстанциях могут разозлиться и дать к отсидке еще больше. Конечно, это в корне неверно. Согласно ст. 389.24 Уголовно-процессуального кодекса (УПК), обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону, ухудшающую положение осужденного, не иначе как по представлению прокурора либо по жалобе потерпевшего. А наличие апелляционной жалобы только со стороны осужденного исключает возможность увеличения срока.

Читать еще:  Назначение судебно психиатрической экспертизы в гражданском процессе

На что осужденный может жаловаться? Первое — на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.16 УПК). На игнорирование судом первой инстанции фактов, на которые указывала сторона защиты, показаний свидетелей, приглашенных защитником, и так далее. Об этом мы неоднократно говорили в предыдущих публикациях.

Второе — на несправедливость приговора ввиду его чрезмерной суровости (ст. 389.18 УПК). То есть когда осужденный в целом не оспаривает фактическую сторону дела, но считает, что с ним обошлись слишком уж строго. “Пятерочку” он бы отсидел, но вот “десятка” — это явный перебор. Годик-другой по такой жалобе могут скинуть. Кстати, на основании той же статьи требовать пересмотра наказания вправе и прокурор, но — ввиду чрезмерной мягкости приговора.

Третье — можно оспаривать существенные нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона (ст. 389.17 и 389.18 УПК). Все это логично назвать процедурными нарушениями. Например, подсудимому не дали последнего слова. Фактически оно ни на что не влияет. Последнее слово — не более чем эмоции, и многие от него отказываются. Но, согласно УПК, оно — непременный элемент, и без него никак.

Есть еще четвертый, не описанный в кодексах, но весьма любимый многими осужденными аргумент. Название документа — “жалоба” — они воспринимают буквально и начинают жаловаться: на наличие малолетних детей, престарелых родителей-инвалидов, на необходимость содержать семью и тому подобное, считая, что по этим причинам их должны отпустить домой. Путь, по мнению автора этих строк, тупиковый. Юридического значения эмоции не имеют, а разжалобить вершащего правосудие… У кого как, а у меня давно сложилось впечатление, что судьи работают будто станки по вынесению приговоров, и все человеческое, способное к состраданию, в них если когда-то и было, то давно атрофировалось как граничащее с профнепригодностью. И давить на жалость бессмысленно, да и некрасиво.

А вот развернуть дело вспять, зацепившись за нарушение судьей первой инстанции исключительно процедурных моментов, — здесь куда больше шансов на успех.

Приведу два примера судебных процессов в отношении профсоюзных лидеров в нашей необъятной стране.

ПРИМЕР ПЕРВЫЙ

Следствие и суд шли долго. Обвинение было серьезным, а срок, выданный к отсидке, солидным. Апелляционные жалобы профлидера и его защитника расписывали многочисленные несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам. Но кроме этого, перелистывая в очередной раз многотомное дело при подготовке к апелляционному заседанию, опытный защитник обнаружил не бросавшийся до того в глаза документ.

Дело в том, что на первом заседании суда, когда заслушивалось обвинение и выполнялись прочие формальности, работавший с подсудимым адвокат был занят в другом процессе и явиться не смог. И суд назначил защитника из числа, по сути, первых попавшихся. Этот один день работы адвоката полагалось оплатить. Судья в тот же день вынес постановление, в котором было сказано, что “в судебном заседании суда первой инстанции в качестве защитника осужденного профлидера по назначению участвовала адвокат такая-то”.

Рассмотрение дела судом только начиналось. Профлидер находился в статусе подсудимого, и до признания его виновности было еще очень далеко. А судья уже назвал его осужденным. То есть высказал свое мнение относительно судьбы обвиняемого до вынесения приговора.

Статья 61 УПК говорит, что судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, когда обстоятельства позволяют полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела. Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным судом РФ в определении от 01.11.2007 № 799-О-О, “высказанная судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения”.

И поскольку указанная выше позиция судьи первой инстанции по существу предрешила исход разбирательства, тот судья не вправе был рассматривать дело по обвинению профлидера. Несмотря на это, спустя почти год под председательством того же судьи в отношении профлидера был вынесен обвинительный приговор.

На эти процедурные нарушения адвокат указал в дополнение к своей апелляционной жалобе и ходатайствовал об отмене приговора. Суд второй инстанции нашел доводы защитника о нарушении уголовно-процессуального закона при постановлении обвинительного приговора обоснованными, а рассмотрение дела судьей, заранее высказавшим мнение о виновности подсудимого, — существенным нарушением права профлидера на защиту.

Учитывая, что допущенные в суде первой инстанции нарушения закона затрагивали основополагающие принципы уголовного судопроизводства, их устранение оказалось невозможно в суде апелляционной инстанции. Обвинительный приговор подлежал отмене с направлением уголовного дела на новое разбирательство в тот же суд, но в ином составе.

Всем было понятно, что в материалы уголовного дела вкралась самая обычная описка. Даже не судейская, а секретарская. Но! Процедура была нарушена, а подобное карается вышестоящим судом строго.

ПРИМЕР ВТОРОЙ

В ходе другого судебного процесса другому профлидеру помимо основного наказания в виде реального лишения свободы назначили штраф в сумме 8 млн рублей.

Согласно п. 4 ст. 307 УПК суд в обвинительном приговоре должен указать “мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия”.

Говоря о сроке, суд первой инстанции указал, что “с учетом всех материалов дела, характеристики личности подсудимого, тяжести совершенного им преступления, суд считает возможным достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений только при назначении наказания в виде лишения свободы”. Таким образом, мотивы назначения реального срока были понятны. Не будем рассуждать о справедливости, исправлении, предупреждении новых преступлений — это материал для другой публикации.

А вот в отношении штрафа было сказано лишь: “…суд, с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного и его семьи применяет дополнительное наказание в виде штрафа”. То есть следовала лишь констатация факта без указания мотивов. Интересно, как суд высчитывал имущественное положение…

На отсутствие мотивировки со стороны суда первой инстанции и — следовательно — на неправомерность штрафа защита указала в апелляционной жалобе. Стоит отметить, помимо этого в жалобе указывалось на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела по многим пунктам.

Апелляционной суд, проигнорировав все доводы о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела (и оставив срок отбывания наказания прежним), пошел навстречу осужденному именно в вопросе штрафа. Суд постановил, что решение о необходимости назначения в качестве дополнительного наказания в виде штрафа “в нарушение требований п. 4 ст. 307 УПК не мотивировано и подлежит исключению”.

Таким образом, профлидер поехал отбывать срок на зону, но от выплаты 8 млн рублей был освобожден.

Эти примеры в некоторой мере иллюстрируют работу судов апелляционной инстанции. Можно сделать выводы о том, что к основным доводам защиты они так же глухи, как и суды первых инстанций. Но нарушения процессуальные со стороны нижестоящих судов караются жестко — отменой отдельных видов наказания или даже целых приговоров. Это лишний раз подтверждает, что формально судебный процесс выстроен в РФ на “отлично”. Грубых нарушений УПК вы не найдете. Внешне придраться не к чему. Но к аргументам защиты по сути обвинения ни одна судебная инстанция прислушиваться не будет.

Судебный процесс, как правило, превращается в торжество гособвинения. Суд соглашается почти со всеми доводами последнего и игнорирует все доводы защиты. И не имеет особого значения, что именно говорит подсудимый и его защитник, — скорее всего, судом это будет отброшено без объяснений.

Сегодняшним сюжетом мы заканчиваем серию публикаций, основной темой которых было разбирательство в судах первой и апелляционной инстанций, а также типичные ситуации, в которые все чаще попадают профлидеры. Все материалы основывались на реальных событиях и конкретных уголовных делах.

Следующей публикацией мы начнем серию сюжетов, касающихся досудебного уголовного преследования профактивистов (в том числе — задержания, суда по мере пресечения, предъявления обвинения). И постараемся дать несколько практических советов относительно того, какую тактику применять в ходе допроса, как общаться с соседями по камере и так далее. Особое внимание следует уделить такому знаковому персонажу, как адвокат, и его роли в досудебном и судебном процессе.

Ведь от тюрьмы, как говорит народная мудрость, зарекаться не следует.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector