0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Ответственности в связи с

§ 3. Ответственность в связи с ДУ ПИФом

Указание в названии настоящего параграфа на ответственность в связи с ДУ ПИФом вызвано тем, что применительно к ДУ ПИФом, так же как и к общей модели ДУ, имеет значение не только ответственность сторон этого договора друг перед другом, но и особый порядок их ответственности по долгам, связанным с ДУ (соответственно, эти вопросы рассматриваются вместе и в ст.

Говоря об ответственности сторон договора ДУ ПИФом друг перед другом за нарушение своих обязательств по договору, следует прежде всего отметить, что фактически о такой ответственности можно говорить только применительно к ответственности УК перед пайщиками, ибо ответственность пайщиков перед УК вряд ли может иметь место, учитывая то, что две основные обязанности пайщиков (по уплате УК вознаграждения и по возмещению ей расходов) исполняются на практике самой УК, причем за счет имущества, также контролируемого ею . Согласно п. 1 ст. 16, УК несет перед пайщиками ответственность в размере реального ущерба в случае причинения им убытков в результате нарушения Закона об ИФ, иных федеральных законов и Правил ПИФа, в том числе за неправильное определение суммы, на которую выдается пай, и суммы денежной компенсации, подлежащей выплате в связи с погашением пая. Как видно, данная норма ограничивает ответственность УК только реальным ущербом, в то время как п. 1 ст. 1022 ГК РФ обязывает управляющего возместить учредителю и вторую важную составляющую убытков — упущенную выгоду, на что справедливо обращается внимание в литературе . Возможно, законодатель исходил из того, что пайщики несут риск убытков, связанных с изменением рыночной стоимости имущества, составляющего ПИФ (п. 2 ст. 11 Закона об ИФ), однако в случае, если пайщики не получили доход не из-за колебания рыночных цен или подобных факторов, а из-за нарушения УК своих обязанностей, то такую упущенную выгоду, по нашему мнению, УК должна быть обязана возмещать пайщикам, в связи с чем мы предлагаем в п. 1 ст. 16 указать на возмещение УК пайщикам убытков не в размере реального ущерба, а в полном размере. Поскольку ряд обязанностей УК осуществляет не лично, а через других лиц (спецдепозитария и регистратора), то логичным выглядит привлечение этих лиц к ответственности наряду с УК: спецдепозитария — к солидарной (п. 2 ст. 43), а регистратора — к субсидиарной (ст. 48).

На это справедливо обращает внимание и Т.Т. Оксюк (Оксюк Т.Т. Гражданско-правовое регулирование доверительного управления паевыми инвестиционными фондами: Дис. . канд. юрид. наук. С. 108).

Доронина Н.Г., Семилютина Н.Г. Указ. соч. (комм. к ст. 16); Оксюк Т.Т. Гражданско-правовое регулирование доверительного управления паевыми инвестиционными фондами: Дис. . канд. юрид. наук. С. 108.

Пункт 1 ст. 16 ничего не говорит о том, несет ли УК ответственность перед пайщиками только при наличии вины или ее вина не имеет значения, в связи с чем при решении этого вопроса следует обратиться к общим положениям ГК РФ об ответственности управляющего перед учредителем. Согласно п. 1 ст. 1022 ГК РФ, управляющий, не проявивший при ДУ должной заботливости об интересах учредителя, возмещает учредителю убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенную выгоду, при этом управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий учредителя.

Текст монографии Л.Ю. Михеевой «Доверительное управление имуществом. Комментарий законодательства» включен в информационный банк по состоянию на 23.08.2001.

Анисимова Т.В. Указ. соч. С. 165; Ефимова Л.Г. Указ. соч. С. 639; Зубкова Е.В. Указ. соч. С. 61; Ковалев С.И. Указ. соч. С. 14 и 128 — 129; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный). 4-е изд., испр. и доп. с использованием судебно-арбитражной практики / Рук. авт. колл. и отв. ред. докт. юрид. наук, проф. О.Н. Садиков. С. 726 (автор комм. к гл. 53 — В.В. Чубаров); Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: Часть вторая. М.: Изд-во ЭКСМО, 2004. С. 818; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой и второй (постатейный) / Сост. и авт. комм. А.Б. Борисов. С. 1052; Михеева Л.Ю. Указ. соч.; Соловьев А.М. Доверительное управление на рынке ценных бумаг: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. С. 7; Хромушин С.В. Указ. соч. С. 22.

Ковалев С.И. Указ. соч. С. 14.

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 3. Его позицию разделяет Е.В. Калинина (Калинина Е.В. Указ. соч. С. 54).

Так, п. 91 Правил ОПИФа акций «АК БАРС — Доходный» под управлением ООО Управляющая компания «АК БАРС КАПИТАЛ» относит к обстоятельствам непреодолимой силы пожары, в то время как большинство пожаров, по нашему мнению, как раз не будут подпадать под критерии, установленные п. 3 ст. 401 ГК РФ.

Говоря об ответственности УК перед пайщиками, нельзя также не отметить того, что, к сожалению, Закон об ИФ не пользуется предусмотренной п. 1 ст. 330 ГК РФ возможностью установить законные неустойки за нарушение УК своих обязательств. В связи с этим в настоящее время неустойка может быть установлена только путем включения условий о ней в Правила ПИФа, однако, учитывая то, что готовит их УК, этого от нее трудно ожидать. Между тем другой Закон, регулирующий привлечение денежных средств населения, — Закон об УДС, напротив, указанным правом воспользовался (п. 6 ст. 5 и п. 2 ст. 6), более того, установил штрафной характер неустоек (ст. 10). Представляется, что для защиты прав пайщиков и в Законе об ИФ было бы полезно установить пени за просрочку исполнения УК своих обязательств, в частности, по выдаче пая; следует поддержать и предложение Т.Т. Оксюка об установлении в Законе об ИФ, по аналогии с зарубежным опытом, обязанности УК обеспечивать исполнение своих обязательств перед пайщиками путем предоставления банковской гарантии или поручительства либо осуществления страхования своей ответственности .

Оксюк Т.Т. Гражданско-правовое регулирование доверительного управления паевыми инвестиционными фондами: Дис. . канд. юрид. наук. С. 16 и 113.

Помимо собственно ответственности сторон договора ДУ ПИФом друг перед другом за нарушение своих обязательств по этому договору, следует также рассмотреть и их ответственность по обязательствам перед третьими лицами, возникшим в связи с ДУ. Этот вопрос, как уже отмечалось в гл. 3 настоящей работы, связан с обособлением ПИФа. Согласно п. 2 ст. 16 долги по обязательствам, возникшим в связи ДУ ПИФом, погашаются за счет ПИФа, а в случае недостаточности имущества, составляющего ПИФ, взыскание может быть обращено только на собственное имущество УК. Сравнивая приведенную норму с п. 3 ст. 1022 ГК РФ, нетрудно заметить, что последний, в отличие от Закона об ИФ, упоминает о том, что в случае недостаточности имущества управляющего взыскание обращается на имущество учредителя, не переданное в ДУ. В литературе высказывается мнение, что п. 2 ст. 16 Закона об ИФ преодолевает требование, установленное п. 3 ст. 1022 ГК РФ, и избавляет пайщиков от опасности взыскания на не переданное в ПИФ имущество , что обосновывается также тем, что пайщик, приобретая пай, несет в соответствии с п. 2 ст. 11 Закона об ИФ только риск убытков, связанных с изменением стоимости имущества, составляющего ПИФ . Помимо уже рассматривавшейся выше проблемы соотношения ГК РФ и Закона об ИФ, приведенное мнение вызывает и другие возражения. Во-первых, указание п. 2 ст. 16 на обращение взыскания только на собственное имущество УК может быть истолковано как исключающее возможность обращения взыскания не на имущество пайщиков, а на любое имеющееся у УК имущество, не относящееся к собственному (например, входящее в состав другого ПИФа). Во-вторых, п. 2 ст. 11 не содержит используемого сторонником этого мнения Ю.С. Любимовым слова «только», в связи с чем он также не может рассматриваться как исключающий все остальные риски пайщика (в пользу такого понимания риска говорит и то, что, например, п. 1 ст. 2 Закона об АО, установив, что акционеры несут риск убытков, связанных с деятельностью акционерного общества, в пределах стоимости принадлежащих им акций, считает при этом необходимым прямо указать на то, что акционеры не отвечают по обязательствам общества) . В связи с этим, если законодатель намерен продолжать линию ограничения ответственности пайщиков, желательно было бы все-таки внести соответствующие изменения в ГК РФ и прямо закрепить соответствующее правило в Законе об ИФ . Поскольку правило об ограничении ответственности пайщиков закреплялось еще п. 13 Указа N 765 и известно многим зарубежным законодательствам об ИФах (п. 4 ст. 21 Закона РК об ИФ, п. 5 ст. 19 Закона Кыргызской Республики об ИФ, п. 1 ст. 32 Закона Эстонии об ИФ, ст. ст. 214-23 и 214-48 Денежного и финансового кодекса Франции, ст. 14(2) Закона Швейцарии об ИФ), следует рассмотреть вопрос о его обоснованности. Между прочим, в литературе высказывается негативное отношение и вообще к п. 3 ст. 1022 ГК РФ, в связи с чем предлагается вообще исключить ответственность учредителя не переданным в ДУ имуществом . С таким общим подходом трудно согласиться, ибо управляющий действует за счет учредителя и в его интересах, в связи с чем на последнего должны падать все последствия деятельности по ДУ и он должен отвечать по соответствующим обязательствам (как и по любым другим) всем своим имуществом; в связи с этим показательно, что в договорах поручения и комиссии, на которые, как уже отмечалось выше, фактически распадается ДУ, ответственность соответственно доверителя и комитента не ограничивается только имуществом, в отношении которого заключен договор (для доверителя это вытекает из того, что он сам несет обязательства, принятые поверенным как его представителем, а для комитента — из того, что он в соответствии со ст. ст. 1000 и 1001 ГК РФ обязан освободить комиссионера от обязательств, принятых им на себя перед третьим лицом по исполнению комиссионного поручения, а также возместить комиссионеру израсходованные им на исполнение комиссионного поручения суммы ). Применительно же к ПИФам возможность ограничения ответственности пайщиков связана с тремя обстоятельствами. Во-первых, это уже многократно упоминавшаяся множественность пайщиков, которая в том числе имеет последствием определенный (довольно большой) объем управляемого имущества, здесь, кстати, еще раз видна потребность в нормировании минимальной стоимости активов ПИФа не только на этапе его формирования, но и на этапе последующего ДУ им. Во-вторых, это необходимость стимулирования инвестирования населением в ПИФы, которое вряд ли будет возможным, если пайщики будут отвечать всем своим имуществом по соответствующим долгам. В-третьих, определенной дополнительной гарантией для кредиторов по обязательствам, связанным с ДУ ПИФом, является требование к минимальному размеру собственных средств УК (п. 3 ст. 38), в настоящее время в соответствии с Постановлением ФКЦБ от 21.03.02 N 4/пс «О требованиях к величине собственных средств управляющей компании инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов» он составляет 20 млн. руб.

Читать еще:  Невыплата заработной платы ответственность

Наумова Т.Л. Указ. соч. С. 115 и 122; Любимов Ю.С. Указ. соч. С. 199; Подсосонная В.В. Юридическое обособление имущества.

Любимов Ю.С. Указ. соч. С. 199.

Показателен и подход п. 4 ст. 21 Закона РК об ИФ, согласно которому пайщики не отвечают по обязательствам, возникшим в связи с ДУ ПИФом, и несут риск убытков в пределах стоимости своих паев.

Отметим, что, например, п. 7 ст. 18 Закона об инвестировании пенсионных накоплений предусматривает, что к договору ДУ средствами пенсионных накоплений не применяются положения п. 3 ст. 1022 ГК РФ в части обращения взыскания на имущество учредителя, не переданное в ДУ.

Текст монографии Л.Ю. Михеевой «Доверительное управление имуществом. Комментарий законодательства» включен в информационный банк по состоянию на 23.08.2001.

Оно, как справедливо отмечала, Л.Ю. Михеева, противоречило гл. 53 ГК РФ (Михеева Л.Ю. Указ. соч.). В связи с этим сторонники ограничения ответственности инвесторов ПИФов предлагали внести изменения в п. 3 ст. 1022 ГК РФ, которые позволили бы исключить его применение в случаях, предусмотренных специальным законодательством об ИФах, при этом обосновывалось такое предложение необходимостью защиты имущественных прав инвесторов (Макарчук З.В. Указ. соч. С. 14).

Наумова Т.Л. Указ. соч. С. 169; Соловьев А.М. Доверительное управление на рынке ценных бумаг: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. С. 193 — 194; Фунтикова Н.В. Указ. соч. С. 163; Ясус М.В. Указ. соч. С. 14. Аналогичную п. 3 ст. 1022 ГК РФ норму п. 3 ст. 905 ГК Республики Беларусь критикует Я.И. Функ (Научно-практический комментарий к Банковскому кодексу Республики Беларусь. В 2 кн. Кн. 2. Мн.: Дикта, 2002. С. 396).

В связи с этим представляется неверным указание М.В. Ясуса (одного из сторонников ограничения ответственности учредителя только управляемым имуществом) на то, что, в отличие от ДУ, смежный институт агентского договора не устанавливает ответственности принципала за действия агента, действующего от своего имени (Ясус М.В. Указ. соч. С. 14).

Прокуроры об актуальном в законодательстве

Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием

Разъясняет заместитель начальника управления по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами прокуратуры г. Москвы Елена Анатольевна Каретникова

Статья 75 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) содержит перечень оснований и условий, при выполнении которых суд, прокурор, следователь и орган дознания вправе принимать решение об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Понятие «деятельное раскаяние» определяется как явка с повинной, способствование раскрытию и расследованию преступления, возмещение причиненного ущерба или иной способ заглаживания вреда, причиненного в результате преступления. Перечисленные признаки представляют собой основания освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Условиями освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием являются совершение преступления впервые и принадлежность преступления к категориям небольшой или средней тяжести.

Одним из оснований освобождения от уголовной ответственности по статье 75 УК РФ законодатель признает явку с повинной. Явка с повинной означает добровольное обращение лица, совершившего преступление, с заявлением о нем в компетентные органы с намерением передать себя в руки правосудия. При этом добровольность означает, что лицо имело реальную возможность не являться с повинной, но, тем не менее, предпочло сообщить о содеянном.

Читать еще:  Ответственность в экономической сфере

Явка с повинной имеет место тогда, когда лицо, обратившееся в правоохранительные органы, не является ни подозреваемым, ни обвиняемым, и ему об этом известно, либо когда он является обвиняемым или подсудимым, но находится в розыске.

Заявление о явке с повинной должно содержать сведения о совершенном заявителем преступлении и адресоваться в органы суда, прокуратуры, следствия или дознания. Оно может быть как устным, так и письменным. Законодатель не придает правового значения мотивам явки с повинной, они могут быть самыми разными. Так, они могут быть продиктованы раскаянием, стремлением покончить с преступным прошлым, желанием снять подозрение с невинного человека, страхом перед разоблачением и так далее.

Судебная практика не признает наличие явки с повинной в случаях, когда заявления о признании вины написаны виновными в ходе расследования уже после того, как их задержали и следствию стали известны обстоятельства совершенного преступления (определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ № 44-097-223 по делу П., К. и Д.).

В то же время Президиум Верховного Суда РФ согласился с выводами суда кассационной инстанции по делу М., признавшего явку с повинной при отсутствии в материалах дела соответствующего протокола. М., будучи задержанным по подозрению в убийстве Ч., добровольно сообщил органам следствия о совершенном им убийстве Н., подробно рассказал о способе и мотивах лишения потерпевшего жизни, указал местонахождение трупа, на протяжении всего следствия и в судебном заседании признавал свою вину в этом убийстве. Президиум Верховного Суда РФ указал, что по смыслу закона под явкой с повинной понимается добровольное сообщение лица компетентным органам о совершенном им преступлении. Явка с повинной, не оформленная протоколом, как это требует уголовно-процессуальный закон, не может служить основанием для ее непризнания (постановление Президиума Верховного Суда РФ № 672п98пр по делу М.).

Другим основанием для освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием является способствование раскрытию и расследованию преступления.

Под этим видом позитивного посткриминального поведения понимают: указание на соучастников преступления; оказание помощи в их обнаружении, в необходимых случаях – задержании и доставлении в органы внутренних дел; правдивое изложение всех обстоятельств содеянного, активное участие в следственных действиях; помощь в отыскании вещественных доказательств и так далее, то есть содействие компетентным органам в установлении истины по делу.

Для освобождения от уголовной ответственности по статье 75 УК РФ требуется и возмещение причиненного ущерба или заглаживание вреда, причиненного в результате преступления.

Под возмещением ущерба понимается добровольная компенсация потерпевшему или его близким причиненных материальных потерь в денежной или иной форме. Возмещение ущерба может выражаться в передаче лицом, совершившим преступление, или его близкими потерпевшему предмета, ценностей или изделия, равнозначного похищенному, уничтоженному или поврежденному имуществу, либо в самостоятельном устранении причиненного вреда (ремонт машины, строения и так далее).

Заглаживание причиненного вреда – это уменьшение вредных последствий преступления. Заглаживание морального вреда может, например, выразиться в публичном извинении перед потерпевшим.

Два или несколько признаков деятельного раскаяния следует рассматривать в совокупности, их единстве и взаимосвязи.

В судебной практике под деятельным раскаянием как основанием для освобождения от уголовной ответственности понимается, как правило, совокупность обстоятельств, указанных в статье 75 УК РФ.

Торбеевским районным судом Республики Мордовия, с учетом изменений, внесенных в приговор судом кассационной инстанции, А. была осуждена по части 1 статьи 165, части 3 статьи 327 УК РФ к штрафу в размере 8349 тыс. рублей. Президиум Верховного суда Республики Мордовия, рассмотрев дело в порядке надзора по протесту Заместителя Председателя Верховного Суда РФ, уголовное дело в отношении А. прекратил на основании статьи 75 УК РФ. В постановлении президиума указано, что А. имеет преклонный возраст, является пенсионером по старости, совершенное ею впервые преступление относится к категории небольшой тяжести, в содеянном она раскаялась, оказывала помощь следствию в раскрытии преступления, возместила причиненный ущерб. Эти обстоятельства дают основание для освобождения А. от уголовной ответственности в связи с ее деятельным раскаянием (Бюллетень Верховного Суда РФ, 1999, № 2, С.16).

Однако на практике встречаются случаи, когда при прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием отсутствует полная совокупность обстоятельств, перечисленных в части 1 статьи 75 УК РФ.

Например, постановлением федерального судьи Нижегородского районного суда прекращено уголовное дело по обвинению Ш., обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного статьей 207 УК РФ. Ш. был освобожден от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием на основании статьи 28 УПК РФ. Он обвинялся в том, что, находясь в состоянии опьянения, со своего домашнего телефона позвонил в административное здание «НПАП №7», откуда ранее был уволен, и заведомо ложно сообщил о заложенном взрывном устройстве. В результате действий Ш. ГУВД Нижегородской области, проверявшему сообщение о готовящемся взрыве, и другим организациям причинен ущерб на общую сумму 2144 рубля. Прекращая уголовное дело, суд принял во внимание, что Ш. характеризуется положительно, ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, совершенное им преступление относится к категории средней тяжести, причиненный ущерб полностью возмещен (архив Нижегородского районного суда).

В данном случае сведений о добровольной явке с повинной и о способствовании раскрытию преступления не имеется.

С позиции некоторых авторов, например, Горжея В.А., никакого нарушения закона здесь нет, и для освобождения лица от уголовной ответственности достаточно лишь некоторых из предусмотренных законом действий.

С точки зрения Щербы С.П. и Савкина А.В., основанием освобождения от уголовной ответственности является только деятельное раскаяние, общественная полезность которого максимальна, поскольку и само поощрение носит исключительный характер. Лицо, совершившее преступление, фактически избавляется от каких бы то ни было юридических последствий своего деяния, поэтому исключительный характер должно носить не только каждое в отдельности обстоятельство, свидетельствующее о деятельном раскаянии, но и вся совокупность этих обстоятельств. Данное поведение должно характеризоваться всесторонней направленностью и высшей интенсивностью, то есть максимальные показатели должны иметь и характер, и степень общественной полезности. Другими словами, лицо, претендующее на освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, должно своевременно явиться с повинной, добровольно и активно способствовать раскрытию преступления, полностью возместить ущерб и загладить вред иным образом, действуя при этом в полном соответствии с правами и законными интересами граждан, государства и общества.

Наличие лишь одного из перечисленных признаков деятельного раскаяния может быть принято во внимание судом при назначении наказания как отдельное смягчающее обстоятельство. Каждый из признаков деятельного раскаяния – явка с повинной, способствование раскрытию и расследованию преступления, заглаживание вреда, причиненного преступлением, в соответствии с пунктами «и», «к» части 1 статьи 61 УК РФ является смягчающим обстоятельством.

УК РФ предусмотрены и конкретные правовые гарантии смягчения уголовной ответственности при деятельном раскаянии лица, совершившего преступление, не подпадающего под действие статьи 75 УК РФ. Согласно статье 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, составляющих деятельное раскаяние и предусмотренных пунктами «и», «к» статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей УК РФ.

Читать еще:  Невозврат кредита уголовная ответственность физических лиц

Согласно статье 64 УК РФ возможно и назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, — при наличии исключительных обстоятельств. Таковыми могут быть как отдельные смягчающие обстоятельства, так и их совокупность, то есть деятельное раскаяние.

Ответственности в связи с

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ – отношение зависимости человека от чего-то (от иного), воспринимаемого им (ретроспективно или перспективно) в качестве определяющего основания для принятия решений и совершения действий, прямо или косвенно направленных на сохранение иного или содействие ему. Объектом ответственности (т.е. иным) могут быть другие люди, в т.ч. будущие поколения, общности, а также животные, окружающая среда, материальные, социальные и духовные ценности и т.д. В праве объектом ответственности является закон. Ответственность может быть обусловлена: а) ненамеренно (естественно или случайно) обретенным человеком статусом (напр., ответственность родителей), б) сознательно принятым им социальном статусом (напр., ответственность должностного лица) или заключенными соглашениями (напр., ответственность перед контрагентом, ответственность наемного работника). Соответственно различают естественную и контракторную ответственность (Г.Йонас). Ответственность, обусловленная статусом, осознается человеком как призвание, обусловленная соглашением – как обязанность. Она может быть двоякой: а) накладываемой групповыми, корпоративными, служебными или какими-то иными локальными обязанностями, сближается в таком понимании с подотчетностью; б) самостоятельно принимаемой личностью в качестве личного и универсализуемого долга; но и в этом случае сохраняется то ее измерение, которое фиксируется в модальности «ответственность перед», в отличие от модальности «ответственность за».

В истории философии идея ответственности развивается в связи с темами свободы (свободы воли, принятия решения, свободы действия), вменения и вины. В классической философии она и затрагивалась только в этом контексте и далеко не всегда была терминологически оформлена. Понимание ответственности зависит от понимания свободы; при детерминистском взгляде на человеческую деятельность возможность ответственности отрицается (напр., в бихевиоризме Б.Скиннера). Свобода – одно из условий ответственности, ответственность – одно из проявлений свободы, в частности как автономии (см. Автономия и гетерономия): человек вправе принимать решения и совершать действия согласно своим мнениям и предпочтениям, но он должен отвечать за их последствия и не может перекладывать вину за негативные результаты своих решений и действий на других. На это указывал уже Аристотель, подчеркивая, что произвольное (т.е. свободное) действие, но совершенное в неведении, свидетельствует о порочности действия, а то и испорченности самого деятеля (EN III, 2). Аристотель не использует специальное понятие «ответственность», но, описывая отдельные аспекты произвольности и виновности, он достаточно полно раскрывает феноменологию ответственности. Человек, по Аристотелю, властен совершать как прекрасные, так и постыдные поступки, от него зависит, поступки какого характера он совершает, и в соответствии с этим ему оказывают почести или его наказывают по суду. Ответственность, т.о., предполагает информированность человека об условиях действий и требований, которые к нему предъявляются: некто N ответствен за действие или событие x, если x совершено намеренно и со знанием возможных последствий. Но и неведение, на что также указывал Аристотель, в отдельных случаях может быть вменено судом в вину человеку, и тогда он будет нести двойное наказание. В соотнесении с ответственностью наказание за нарушение требований не является возмездием (или возмездием только), но санкцией, обеспечивающей установленный баланс прав и обязанностей (Дж.Ролз).

Мера свободы человека удостоверяется мерой его ответственности. По мере расширения круга тех, перед которыми и за которых человек считает себя ответственным в своей свободе, он преодолевает тесные пределы условности, или частичности своего существования. Потенциально ответственность человека безмерна. В христианстве – образом Иисуса – был задан ее универсальный масштаб. В экзистенциализме она «распространяется на все человечество» (Ж.-П.Сартр): поступая определенным образом, человек тем самым как бы выбирает в себе человека, стремящегося до конца исполнить свой долг, или проявить себя в качестве совершенно свободного человека. В неопротестантской теологии делается акцент на эсхатологическом аспекте ответственности, который заключается в том, что человек ответствен не только за себя, за окружающих и перед всем человечеством, но и перед Богом – его эсхатологической волей: человек утверждает ответственный образ жизни, уповая на милосердие Бога и ожидая прихода Царства Бога (В.Хубер).

Таково метафизическое, или экзистенциальное понимание ответственности, радикально противостоящее жестко-детерминистскому ее отрицанию. Иная концепция формулируется в рамках практически ориентированного понимания этого феномена, рассматриваемого в контексте определенных социальных, групповых и межличностных отношений человека и в соотнесении с вырабатываемыми в рамках этих отношений стандартами поведения, критериями оценки (одобрения и осуждения) и санкции (награды и наказания). Ответственность здесь не ожидается от личности, но вменяется ей, независимо от того, считает ли она себя свободной или нет.

Как выражение моральности и основа действий ответственность отлична от убежденности. Выделение «этики убеждения» и «этики ответственности» позволило М.Веберу разграничить два типа поведенческой ориентации. При том, что названные нормативно-поведенческие ориентации не противостоят, но взаимодополняют друг друга, между ними есть принципиальные различия. Этика убеждения – это абсолютная этика беззаветной устремленности к совершенству; такова любая религиозная этика в ее наиболее строгих определениях. Приверженец этой этики озабочен возвышенностью целей – и не берется отвечать за характер результатов своих усилий. В этике ответственности мир принимается со всеми его недостатками, и потому ее приверженец уделяет особенное внимание средствам реализации целей и полностью готов отвечать за последствия своих действий, которые должен был бы предвидеть (см. Цель и средства). Практический характер, ориентация на объективные результаты обусловливают особенную актуальность этики ответственности в рамках политической или хозяйственной деятельности.

Вышесказанное относится к т.н. проблеме «личной ответственности». В современной социальной теории и философии права ставится вопрос и о «корпоративной ответственности», т.е. ответственности за действия, которые в их конкретности были совершены индивидами, но предопределены принадлежностью этих индивидов к институтам, организациям, государству и т.п. На этот счет существует точка зрения, опирающаяся на концепцию «первой причины» (first causes) и заключающаяся в представлении, что любые действия совершаются людьми, и они лично должны быть ответственны за их последствия. В случае, когда отрицательные последствия имеют действия (проекты) коллективных деятелей (институтов, корпораций, организаций), ответственность за них должны нести конкретные исполнители и руководители. Согласно другой точке зрения, корпоративный деятель ответствен в своих действиях как юридически признанное лицо, т.е. как такой субъект и агент, у которого есть намерения, мотивы и интересы, а также оговоренные в уставе, обусловленные заключенными договорами или взятыми обязательствами цели, права и обязанности.

1. Сартр Ж.-П. Экзистенциализм – это гуманизм. – В кн.: Сумерки богов. М., 1989, с. 324;

2. Вебер М. Политика как призвание и профессия. Избр. произв. М., 1990, с. 690–706;

3. Ролз Дж. Теория справедливости. Новосибирск, 1995;

4. Jonas H. Das Prinzip Verantwortung. Versuch einer Ethik für die technologische Zivilisation. Fr./M., 1979;

5. Huber W. Sozialethik als Verantwortungsethik. – Ethos des Alltags. Z. – Köln, 1983;

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector